О полках тезисно

1.У меня маленькая кухня. Я люблю вкусно есть и готовлю еду для себя - завтрак, ужин и то, что возьму с собой на работу. Это формирует определенный вид кухонного имущества, которым я обрастаю - много небольшой посуды для готовки на 1-2 порции, небольшое количество тарелок и столовых приборов, зато немало ёмкостей для кофе, чая, специй. Несколько чашек.
Моя посуда - небольшая, невысокая, а тара под крупы и прочее - не "семейного формата", вмещают в лучшем случае полпачки того и этого.
Поэтому я оснащаю кухню съемной квартиры полками.

Обычные кухонные тумбочки и шкафы мне не подходят, потому что не позволяют использовать их площадь эффективно. Они рассчитаны на большие семьи, где часто готовить замаешься. Поэтому нужны места чтобы ставить большие кастрюли, сковороды, тарелки и миски. Они высокие и широкие.

2.У полок также есть дополнительное назначение - они закрывают дефекты на стене, нанесённые обитателями за долгие годы эксплуатации. Так получается более приятный вид. Если спроецировать площадь полки на пол - получится прямоугольник со сторонами 10 и 80 см. Частые полки, расположенные на высоте тех предметов, которые будут их занимать+припуск для удобства, позволяют использовать эту площадь до 7-ми раз. И это удобно.
Мне нравятся полки тем, что всё перед глазами. Не нужно нагибаться и лезть в тумбу, чтобы посмотреть, что у меня ещё есть. Еще это стимулирует использовать то, что есть и нарабатывать опыт в приготовлении еды. Когда всё убрано в тумбочки, любимый чайник не стоит на виду. А так приходишь в столицу квартиры - и думаешь надо бы чайку заварить. Делаешь себе чайку. .

3. Хочу – делаю.

В этом углу были повешены две полки - одна большая и одна в половину размера.
С большой (которая была повешена сегодня) пришлось подумать - потому что по стене проходит газовая труба. Чтобы обойти трубу, в полке сделаны глубокие вырезы. Проходя в пазах, она не прижимается полкой и нагрузки на неё нет, вокруг свободное пространство, а костыли (крюки, на которых висит полка, которые всверлены в стену в специальную пробку) выдерживают нагрузку не менее 100 кг (полка со всем имуществом на ней весит едва ли 10 кг).

А сборка делается вот как: шилом кернится отверстие для самореза, потом прикладывается уголок и отверткой из мультитула закручивается саморез. Небыстро, но тихо.

Полки пришлось делать две вместо одной сплошной угловой из-за неудобного расположения газовой трубы. На большой внизу прикручен релинг для подвешивания кружек. Потому что мне так хотелось.
На малой полке закреплена переноска с удлиннителем. Потому что попущением проектировщиков в этой части кухни нет розеток. А я иногда использую блендер. Поэтому переноска подключается к розетке сзади, если нужно. Блендер удобно включать. В честь этого у меня тыквенная каша.

Мои друзья - злобные тупые уроды, но люблю я их не за это (с)

В период моей командировки эти творческие личности затеяли хрустеть хурмой вертеть катрены. Выглядываешь в ленту - а там как журавли на юг, венки сонетов стройными рядами. И такие, точеным смыслом по ушам, хрясь, живи теперь с этим. правда, сонеты местами жутковаты, но там и магистрал был такой, нелинейный, Сергей Калугин магистрал писал, явно в тёмную ночь, там лёд и тьма и холод всякий.

Обтекаю.  И, раз строчки  в магистрале мне не досталось, то будет с пафосом и в духе "подражания кому-то".

В витой ракушке пенится прибой 

И мы сидим у края перламутра 

Пришла пора - и нас укрыла ночь, 

А на другом краю созрело утро. 

Смычки поют, растёт цветной витраж - 

Встаёт собор, творим игрой масонов, 

И нет ни рамп, ни лож, лишь к небесам 

Плывут киты покатых баритонов. 

Удел наш тих - как бег в часах песка 

Затих хорал, но длится звук в висках. 

Не нам скорбеть о нашей робкой доле 

Я ключ к извечной тайне отыскал - 

Не будь в пучине ни песка, ни скал - 

На что тогда бы опиралось море?

Большой день в истории гуманитарных поставок

92 года назад на Аляске в городе Ном жило 2 000 человек, а в целом в окрестностях  10 000 человек, включая детей. В госпитале Нома, Мэйнард Коламбус было 25 коек, один врач, Кёртис Уэлш, и 4 медсестры. Для Аляски 1925-го - неплохо - а речь в этой истории идёт как раз о 1925-м.
В декабре 1924-го, когда навигация у берегов Аляски окончательно остановилась до весны, доктор Уэлш диагностировал признаки заболевания у нескольких детей. Он принял его за обычный тонзиллит, исключив вариант дифтерии, поскольку дифтерия - очень заразное заболевание, а среди членов их семей никаких признаков заражения не наблюдалось.
Дифтерия подтвердилась в середине января 1925-го, стремительно распространяясь.
Прогнозируемая  смертность от дифтерии до начала весны составляла  100% населения края.
Доставка груза самолетом не могла осуществляться из-за почти постоянных буранов и экстремально низких температур, первые самолеты тех лет не могли толком летать в -30. А температура достигла -50 и продолжала падать.
Тогда было решено использовать собачьи упряжки. Обычно доставка почтового груза зимой в Ном занимала 25 дней.

Двадцать собачьих упряжек - более 150 собак в целом -  доставили антитоксин за тысячу  километров, при морозе в -72 и встречном ветре скоростью до 70 миль в час. За 127 часов.
Пять с лишним суток безостановочного бега на пределе возможностей.
Упряжки проваливались под лёд, падали в расщелины. Многие собаки не выдержали этой гонки, или умерли через несколько дней после неё.
Но драгоценный ящик с атоксином был доставлен в Ном - и эпидемия была остановлена за пять дней.
Количество жертв составило семь человек за весь период зимней эпидемии.

На фото - Балто, вожак упряжки, доставившей вакцину в Ном в утром 3-го февраля 1925-го.